Южная Корея решила заранее подготовиться к эпохе, когда полупроводники и искусственный интеллект перестанут быть единственными главными двигателями ее технологической экономики. Правительство представило стратегию Seven Major SEED — семь направлений, которые должны стать новыми источниками роста и одновременно стратегическими активами страны на горизонте ближайших 10–20 лет. Программа была представлена на совещании под председательством президента Ли Чжэ Мёна. В нее вошли малые модульные реакторы, термоядерная энергетика, возобновляемая энергетика нового поколения, квантовые технологии, космос и авиация, передовые биотехнологии, а также цепочки поставок критически важных минералов и материалов. «Семь проектов SEED станут двигателями роста следующего поколения и ключевыми стратегическими активами страны», — заявил Ли.
Одна из самых заметных целей — собственный 100-кубитный квантовый процессор с коррекцией ошибок к 2029 году. На этом планы не заканчиваются: к 2035 году Сеул хочет вывести страну в мировые лидеры по производству квантовых чипов. Для Южной Кореи это логичное продолжение ее сильных позиций в традиционной микроэлектронике, но уже на рынке, где пока нет очевидного долгосрочного лидера.
Читайте также
Strategy продала 1690 BTC: зачем компании Сэйлора $4,65 млрд
Не менее амбициозен космический блок. Южная Корея планирует осуществить отечественную посадку на Луну в 2030 году, отправить второй лунный аппарат в 2032-м и к 2035 году создать независимую низкоорбитальную сеть спутниковой связи. Кроме того, власти хотят развивать технологии космических дата-центров и расширять участие корейских компаний в программах самолетов следующего поколения.
Отдельный акцент сделан на биотехнологиях. К 2030 году страна намерена создать инфраструктуру, объединяющую ИИ и биомедицинские разработки, а к 2035-му — вывести на рынок продукты на основе интерфейсов «мозг — компьютер». В программу также входят поиск лекарств при помощи ИИ, автономные лаборатории, клеточная и генная терапия. Иными словами, речь идет уже не только о нейросетях, которые анализируют данные, а о системах, способных непосредственно ускорять научные эксперименты и взаимодействовать с человеческой нервной системой.
Энергетическая часть Seven Major SEED выглядит не менее масштабно. Южная Корея собирается коммерциализировать собственные малые модульные реакторы к 2035 году, развивать новые типы атомных установок и выйти на производство электроэнергии с помощью термоядерного синтеза в конце 2030-х. Параллельно будут развиваться сверхэффективные солнечные элементы, морская ветроэнергетика, производство водорода и электросети под управлением ИИ.
Седьмой элемент стратегии — технологическая независимость. Власти намерены расширять переработку и рециклинг критических минералов, увеличивать стратегические запасы и диверсифицировать поставки. До 2030 года на технологии материалов, компонентов и оборудования планируется направить 10 трлн вон — около $7,1 млрд.
Выбор момента тоже показателен. Стратегия появляется на фоне сокращения трудоспособного населения и замедления потенциального роста экономики. Одновременно передовые технологии все чаще рассматриваются не только как коммерческий рынок, но и как вопрос национальной безопасности. Поэтому Сеул пытается использовать нынешний подъем полупроводников и ИИ как финансовое и промышленное окно для следующего технологического рывка. Главный смысл Seven Major SEED поэтому шире очередного технологического мегапроекта. Южная Корея фактически пытается повторить успех, который когда-то принес ей глобальное лидерство в электронике и полупроводниках, но теперь сразу на нескольких рынках будущего. Квантовые компьютеры, термояд, нейроинтерфейсы и Луна здесь связаны одной идеей: занять позиции до того, как эти технологии превратятся в массовую индустрию.
Меню 
Знания 
События 
Новости 
Курсы валют