Казахстан делает заметный шаг к новой финансовой инфраструктуре: в стране официально закрепили цифровой тенге как третью форму национальной валюты и одновременно подготовили правила для стратегического цифрового майнинга. На первый взгляд это разные темы: одна про государственные платежи, другая — про добычу цифровых активов. Но вместе они показывают более широкую стратегию Астаны: государство хочет не просто наблюдать за цифровыми деньгами, а встроить их в бюджет, энергетику и управление резервами.
Цифровой тенге — это не новая иностранная валюта и не частная криптовалюта. Это цифровая форма национальной валюты Казахстана, которая существует наряду с наличными и безналичными деньгами. Вице-министр финансов Асет Турысов заявил, что нормативная база уже утверждена, а цифровой тенге «официально уже третья валюта в Казахстане». По его словам, в обращение выпущено около 339 млрд цифровых тенге, а в 2025 году совместно с Нацбанком было запущено примерно 20 пилотных проектов.
Читайте также
Почему биткоину не хватает покупателей: что показывают данные CryptoQuant и Glassnode
Главная задача цифрового тенге — сделать движение бюджетных средств более прозрачным. Речь идет о государственных закупках, инфраструктурных проектах, субсидиях и налоговом администрировании. В обычной системе деньги после перечисления могут пройти через несколько участников, и государству сложнее быстро понять, куда именно они ушли. Цифровой тенге позволяет маркировать платежи и использовать смарт-контракты: деньги можно направлять строго на заданную цель, а не просто переводить на счет получателя.
Именно поэтому цифровой тенге важен не только для банковского сектора, но и для всей системы государственных финансов. Если технология заработает в большом масштабе, она может снизить риски нецелевого расходования бюджета, ускорить контроль и сделать расчеты более понятными для государства, бизнеса и граждан. Национальный банк ранее объяснял, что цифровой тенге является законным платежным средством, а выпуск, обращение и погашение проходят на специальной платформе Нацбанка.
Отдельно важно, что международные эксперты тоже смотрят на проект через призму устойчивости. МВФ в январском обзоре рекомендовал Казахстану уделять внимание не только правовой определенности, но и киберустойчивости, практической пропускной способности платформы и оценке реальной пользы разных сценариев применения цифрового тенге.
Вторая часть новой цифровой политики — стратегический цифровой майнинг. Министерство искусственного интеллекта и цифрового развития Казахстана опубликовало проект правил на портале «Открытые НПА». Обсуждение продлится до 1 июля 2026 года. Документ должен определить порядок стратегического цифрового майнинга, включая обеспечение майнинговых компаний энергоресурсами и механизм передачи части полученных цифровых активов в Национальный стратегический крипторезерв.
Это важный сигнал для рынка. Казахстан уже сталкивался с проблемами вокруг майнинга: нагрузка на энергосистему, серые схемы, налоги и регулирование. Теперь государство пытается перевести отрасль в более управляемый формат. Стратегический майнинг может стать не просто частным бизнесом, а частью государственной политики по формированию цифровых резервов. Фактически речь идет о том, чтобы часть цифровых активов, добытых в стране, работала на национальные финансовые интересы.
При этом Казахстан старается разделять понятия. Цифровой тенге — это государственная цифровая валюта. Цифровые активы, полученные через майнинг, — другая категория: они не становятся деньгами внутри страны, но могут использоваться как инвестиционный или резервный инструмент. Такой подход позволяет властям развивать технологический сектор, не смешивая его напрямую с повседневными платежами населения.
Для обычного пользователя главная интрига в том, насколько быстро цифровой тенге выйдет за рамки бюджетных проектов. Пока акцент сделан на контроле госрасходов, налогах и инфраструктуре. Но если платформа покажет надежность, Казахстан может стать одним из самых активных рынков Центральной Азии в сфере государственных цифровых денег. А новые правила майнинга покажут, сможет ли страна превратить энергию и вычислительные мощности в стратегический финансовый ресурс.





