В конце сентября в Telegram-канале «Кровавая барыня» Ксении Собчак опубликовали громкую историю. По версии канала и бывшей жены рэпера Джигана Оксаны Самойловой, летом музыкант устроил стрельбу в своём доме в Подмосковье. Полиция говорит, что узнала об этом из СМИ, и проводит проверку. Джиган обвинения отрицает. Изданию Super он ответил, что «снимал сниппет, а хейтеры всё перекрутили». Сниппетом называют короткий отрывок будущего клипа или трека.
Что произошло на самом деле, установит следствие. Но сама защита звучит очень современно. «Это постановка», «это монтаж», «это нейросеть» сегодня стали универсальным ответом на любой компромат.
Читайте также
75% российских компаний «ставят» на ИИ-ботов
У явления есть название. В 2018 году американские юристы Бобби Чесни (Bobby Chesney) и Даниэль Ситрон (Danielle Citron) описали «дивиденд лжеца» (liar’s dividend). Их мысль проста. Чем больше в мире дипфейков, тем легче отмахнуться от настоящих доказательств. Публика уже знает, что видео можно подделать. Значит, сомнение работает на того, кого поймали.
Первые попытки получить такой «дивиденд» уже дошли до судов. В 2023 году семья погибшего водителя Tesla подала иск к компании. Истцы сослались на запись 2016 года, где Илон Маск хвалит безопасность автопилота. Юристы Tesla заявили, что Маск известен и потому часто становится мишенью подделок, так что запись может оказаться дипфейком. Судья этот довод отвергла. По её словам, иначе знаменитости могли бы говорить что угодно, а потом прятаться за возможностью подделки.
Похожий приём пробовали обвиняемые по делу о штурме Капитолия в 2021 году. Адвокат Гая Реффитта (Guy Reffitt) намекал, что видео против его клиента могло быть создано ИИ. Присяжные не поверили, и Реффитта осудили.
Дальше всех пошёл Дональд Трамп. В сети появлялось видео, где из окна Белого дома что-то выбрасывают. Журналисты спросили президента, и он ответил: «Нет, это, наверное, ИИ». Хотя его пресс-служба уже признала запись подлинной. Трамп тут же добавил, что если случится что-то по-настоящему плохое, он, может быть, просто свалит всё на ИИ.
Беда в том, что отговорка звучит убедительно. Настоящие дипфейки уже ломают людям жизни. В 2024 году в Балтиморе спортивный директор школы с помощью ИИ подделал голос директора и «записал» от его имени расистские высказывания. Запись разошлась по сети, директора травили, пока экспертиза не доказала подделку. Автора фейка в 2025 году приговорили к четырём месяцам тюрьмы.
Получается замкнутый круг. Подделки становятся правдоподобнее, и публика перестаёт верить даже подлинным записям. Исследователи Стэнфорда предупреждают о главном последствии. Пострадавшим придётся тратить всё больше сил и денег, чтобы доказать, что запись настоящая.
Ответом могут стать цифровые «паспорта» контента вроде стандарта C2PA, которые фиксируют, где и как снят файл. Его разрабатывает Коалиция за происхождение и подлинность контента (Coalition for Content Provenance and Authenticity), куда входят Adobe, Microsoft, Google и BBC. Идея такая. В момент съёмки камера ставит на файл криптографическую подпись. Она фиксирует, на каком устройстве, когда и где сделан снимок. Каждая правка, будь то обрезка, цветокоррекция или вмешательство нейросети, дописывается в «паспорт» файла. Если кто-то изменит изображение втихую, подпись перестанет сходиться. С августа 2025 года так подписывает все фотографии смартфон Google Pixel 10, а поддержку стандарта добавили Leica, Sony, Nikon и Canon.
У технологии есть слабые места. Соцсети при загрузке часто удаляют метаданные вместе с «паспортом». Достаточно сделать скриншот, и история файла исчезнет. По оценкам отрасли, такие метки сегодня есть меньше чем у 1% новостных фото и видео. А главное, C2PA не отличает правду от лжи. Он только показывает, откуда взялся файл. Поэтому последнее слово пока остаётся за экспертами и следователями.
Меню 
Знания 
События 
Новости 
Курсы валют