Еще десять лет назад мужчина, записавшийся к пластическому хирургу, стеснялся об этом рассказывать. Сегодня очередь в клиниках эстетической медицины растет быстрее среди мужчин, чем среди женщин. Индустрия красоты официально признала: стандарты внешности меняются не только для девушек, и главный двигатель перемен — интернет и соцсети, которые превратили мужскую внешность в такой же предмет постоянной оценки, каким десятилетиями была женская.
По данным ISAPS (Международное общество эстетической пластической хирургии), с 2020 по 2025 год число подтяжек лица у мужчин выросло примерно на 76%, блефаропластик на 73%, липосакций на 37%. Всего в мире в 2025 году провели около 38 млн эстетических процедур — на 42,5% больше, чем пятью годами ранее. В России мужская доля в пластической хирургии приближается к 10%, а в отдельных клиниках достигает 20%. По данным Американской академии пластической и реконструктивной хирургии лица, 95% хирургов отмечают устойчивый рост обращений именно от мужчин.
Читайте также
Зумеры пьют больше, чем мы думали. Но продуманно и «технологично»
Эксперты связывают этот скачок именно с алгоритмами соцсетей. Короткие видео, сленг и медийная скандальность сделали мужские стандарты красоты видимыми так, как раньше это происходило только с женскими. Нынешние 20-летние парни стали первым поколением мужчин, столкнувшимся с такой же, если не более агрессивной, бомбардировкой образами идеального тела, с какой женщины жили десятилетиями. Символом этой культуры стал мем «гигачад» — карикатурно идеальный мужчина с квадратной челюстью, которого алгоритмы TikTok и Reels разносят по лентам миллионов подростков. Лента подстраивается под то, на каком видео человек задержал взгляд, и чем дольше юноша смотрит ролики о преображении, тем плотнее его окружает контент, где красота подается как актив, в который нужно инвестировать.
Что чаще всего исправляют? В топе запросов ринопластика (исправление носа), блефаропластика (подтяжка век), абдоминопластика (подтяжка живота) и гинекомастия (удаление лишней ткани в области груди). Отдельно растет спрос на коррекцию подбородка и линии челюсти филлерами на основе гиалуроновой кислоты, инъекции ботокса и диспорта от морщин, а также пересадку волос и бороды.
Параллельно с классической медициной набрал силу стихийный тренд под названием луксмаксинг (looksmaxxing), пришедший из TikTok. Он делится на два направления. Софтмаксинг это уход за кожей, спорт, смена стиля и техники вроде мьюинга, когда язык месяцами удерживают у неба в надежде «вытянуть» челюсть. Научных доказательств эффективности мьюинга нет, но ролики с этой практикой продолжают набирать миллионы просмотров.
Хардмаксинг устроен гораздо жестче. Сюда входят курсы стероидов для быстрого набора мышечной массы, инъекции ботокса и филлеров без назначения врача, а также китайские пептиды, часть которых продается с пометкой «не для использования человеком». В ход идет и жевание твердых материалов, силикона или специальной резинки, ради того чтобы визуально расширить челюсть. Отдельные адепты практикуют голодание до истощения и используют отбеливающую косметику с опасными компонентами. Самая скандальная практика хардмаксинга называется бонсмашингом: сторонники бьют себя по лицу молотком или другим тупым предметом, рассчитывая, что кость после микротравмы срастется шире и рельефнее. Врачи предупреждают, что это чистое самоповреждение без доказанного эффекта, а вот риск переломов и деформаций вполне реален. Радикальные хардмаксеры также идут на операции по удлинению ног, которые добавляют 5-10 сантиметров роста, но требуют месяцев реабилитации и сопряжены с высокими рисками осложнений опорно-двигательного аппарата, и на увеличение полового члена подвешиванием грузов.
Несмотря на, казалось бы, абсурдность такого тренда, эксперты считают, что спрос на такие «бьютипроцедуры» будет расти вместе с давлением соцсетей.
Меню 
Знания 
События 
Новости 
Курсы валют