Слухи о том, что эмират Катар намерен вложить в биткоин свыше $500 млрд, подогрели недавнее ралли, считают эксперты. Но сейчас Катар все отрицает.
Катар — третий по запасам природного газа (после России и Ирана), шестой экспортёр природного газа и крупный поставщик нефти и нефтепродуктов (21-е место в мире). По данным МВФ, объем экономического производства страны будет расти почти на 2% ежегодно как минимум до 2025 года. Одна из самых богатых стран в мире из своих сверхдоходов сформировала фонд национального благосостояния — Суверенный фонд Катара (Qatar Investment Authority, QIA). В последние недели по сети X упорно распространялась информация, что QIA может добавить в свой портфель BTC на полтриллиона долларов. Когда началась коррекция, эти надежды поспешил похоронить исполнительный финансовый директор QIA Шади Кишта (Shadi Qishta), заявив, что «цифровые активы не являются частью стратегии QIA» (digital assets are not part of QIA’s strategy). И добавил:
Читайте также
Бумажный убыток Strategy по биткоину превысил $13 млрд: тревожный сигнал для крипторынка
— Я не думаю, что это произойдет в ближайшее время, поскольку QIA имеет разнообразную инвестиционную стратегию и ускоряет инвестиции в различные классы активов, секторы и географические регионы, чтобы снизить риски и использовать возможности на разных рынках и в различных отраслях.
QIA – государственный фонд, поэтому изменение его стратегии может быть проведено только через одобрение двумя органами: Советом директоров и Высшим советом по экономике и инвестициям. Тем более еще 2 года назад глава QIA Мансур бин Ибрагим Аль-Махмуд (Mansoor bin Ebrahim Al-Mahmoud) подчеркивал: «Наша команда в сфере технологий изучает возможности блокчейна. Нас интересует именно это пространство, а не криптовалюта». В 2018-м году торговля криптовалютами в Катаре была запрещена, под девизом: «Здесь вам не Дубай!» В Дубае, действительно, криптоинвесторам предоставлены беспрецедентные налоговые льготы, а также легализован статус криптовалют. Не случайно именно в Дубае нашел приют российский криптогений Павел Дуров. Когда рынок пошел в рост, возможно, в Катаре и обсуждались подходы, реализованные у соседей. И слухи об этом пробудили повышенный оптимизм в коммьюнити., помимо прочего еще и потому, что у эмирата репутация «проводника политики Великобритании на Ближнем Востоке». С 1916 по 1971 между Катаром и Великобританией действовал Договор о военной защите. Тесные отношения сохранились и после 1971 года. Политологи так и говорят: «Катар – это Лондон!» И если бы эмират действительно вложился в крипту, это могло бы означать вовлеченность в этот рынок и фиатной финансовой столицы мира, Лондона.
Меню 
Знания 
События 
Новости 
Курсы валют